Размышления Бахауддина, отца Руми, о небесном и земном.

Перевод Колмана Баркса и Джона Мойна

Перевод на рус. яз. – Алексей ОРЛОВ, Юлий АРАНОВ.

для отцов,взросленияи освобождения от узнанного. 

«Утопленная книга», созданная 800 лет тому назад Бахауддином Валадом (1152 – 1231), отцом всемирно известного поэта Руми, впервые издается в России. Этот поэтический дневник в прозе - глубоко личные заметки о духовном странствии, размышления, откровения, записи снов, шутки и эротические эссе, полные эксцентричной чувственной образностью.

Руми, создавшего более 70 000 стихотворных строк на четырех языках – персидском, арабском турецком и греческом, нередко можно было увидеть на улице кружащимся под звуки ребабе и бубна или декламировавшим «Утопленную книгу» наизусть. Это произведение служило ему источником вдохновения на протяжении всей жизни.

Сегодня же страницы «Утопленной книги» способны шокировать или изумлять тех, у кого сложились жесткие стереотипы в отношении духовных вопросов. Эти интимные заметки сразу же поражают читателя удивительным проникновением в мир желаний, непринужденностью и прямотой, непосредственностью отношений человека и божества, невыразимой близостью, струящейся сквозь все существа.

Первое русскоязычное издание удивительной книги отца Руми – Бахауддина в пленительном и волнующем поэтическом изложении Колмана Баркса, в русской трансляции Алексея Орлова и Юлия Аранова, обещает вызвать такой же ажиотаж в определенных кругах нашей страны, как и на Западе.

 Почему «Утопленная»? Эта книга стала одним из важных символов суфийского учения на многие века.  Руми беседует с учениками у фонтана в Конье. Дневник Бахауддина лежит раскрытым на бортике фонтана. Шамс прерывает беседу и сбрасывает в воду драгоценную рукопись и другие книги.– Зачем ты это сделал? – спрашивает Руми, -  ведь это его единственная копия рукописи отца.Шамс в ответ: – Настало время облечь жизнью прописи и слова. А хочешь, я верну книгу? Сухой? Смотри. И он достает из воды список. На нем - ни капли воды. Книга, брошенная в воду – это поворотный пункт, колоссальный рывок в опыт, прочь от слов, мечтаний, химер, ума и воображения. Тогда как мистический текст может стать ключом, который дан, чтобы открыть царство в каждом из нас. Как и во всем вокруг. Может ли человек становиться, как говорит Бахауддин «одним из путей, коими вкушает Бог»? Утопленная книга – один из удивительных по своей силе и совершенству летописей подобного становления.